Страна сочных красок и солнца: чем покоряет Узбекистан самых искушенных путешественников — FUN&SUN Expert

Страна сочных красок и солнца: чем покоряет Узбекистан самых искушенных путешественников

||||| 32 I Like It! |||||

В Самарканде, одном из древнейших городов мира, есть уникальный театр, куда обязательно привозят туристов из самых разных стран. Уникальность его заключается в богатой коллекции костюмов, представляющих исторические эпохи и народности, населявшие Узбекистан. Само название театра «Эль Мероси» в переводе означает «народное наследие». Директор театра Армида Назарян не только воссоздает историю многочисленных цивилизаций, но еще и в качестве гида знакомит со страной высокопоставленных гостей. С ее помощью FUN & SUN Expert попробовал раскрыть секрет ярких узбекских тканей, которые завораживают многочисленных туристов.

Насколько отличаются предпочтения туристов, которые покупают узбекские ткани, халаты и чапаны?

Фото: "Эль Мероси"

–Чем южнее страна, из которой приехал турист, тем больше он ценит эти яркие ткани. Итальянки – их главные ценительницы. Перед тем как к нам приехать и что-то купить, они много читают, узнают. Итальянки скупают в больших количествах и вышивку сюзане, и ковры ручной работы, и ткани. Француженки более сдержаны, но им традиционно нравятся халаты, легкие ткани, шарфы. Гости из скандинавских стран и Прибалтики предпочитают умеренные пастельные тона в силу нордического характера и климата, но тем не менее, даже их цепляют какие-то детали. Россия – большая страна. Если к нам приезжают сибиряки или северяне, то говорят, что у них дома такая одежда будет считаться экстравагантной. Жители столиц, наоборот, ищут что-то особенное, этнические вещи. Известный дизайнер Елена Ладик очень популярна у россиян, но это обычно жители Москвы и Санкт-Петербурга.

Туристы в Узбекистане спешат облачиться в роскошные хлопковые и шелковые чапаны, покупают икат, адрас, атлас. Давайте попробуем объяснить, откуда здесь столько ярких орнаментов и тканей.

– У нас солнечный край. Здесь всегда любили сочные краски, сверкающие элементы. В доисламский период здесь исповедовали зороастризм, один из древнейших культов которого посвящён солнцу и солнечным знакам, поэтому яркие краски были всегда. Для нас они даже обыденны, мы с ними растём, а для европейцев это нечто диковинное, самобытное. Узбекистан был центром Великого шелкового пути, легендарного маршрута, который соединял Восток и Запад. Этот путь был огромным по протяженности и просуществовал очень долгое время. Веками здесь наслаивались культуры, религии, языки, поэтому этнография разнообразна. На узбекский костюм повлияла именно эта связь с многочисленными цивилизациями. Яркость объясняется соседством с индийской культурой, влиянием ближайшего соседа Персии, а также Монголии и Китая.

Фото: "Эль Мероси"

Есть ли возможность определить, кто придумывал все эти многочисленные орнаменты и фасоны?

–Конечно, существовал большой пул придворных ремесленников. Если говорить об эпохе Амира Тимура (XIV-XV) века, то покоряя города, он вывозил лучшие умы, лучших мастеров. Самые искусные зодчие, с помощью которых создавались архитектурные шедевры Самарканда, в основном были из Персии. Говоря о традиционной вышивке сюзане, мы также вспоминаем персидскую этимологию названия. «Сюзан» – означает игла. Каждая девушка должна была владеть этим ремеслом, зачастую своё приданое она вышивала сама. Наверняка, были швеи и портные из числа привезённых мастеров покорённых земель, и местные умельцы.

Как современные дизайнеры используют узбекские ткани и мотивы?

–Все модные дома Европы сейчас охотятся за узбекскими тканями. Орнаменты плавно вливаются в европейские дизайны. Мы видим французских, итальянских, российских дизайнеров, которые скупают эти ткани и вкрапляют в изделия «от кутюр». В Индии есть знаменитый дизайнер Риту Бери, представленная в Париже. Она создала целую коллекцию на основе узбекских тканей. Ее особенно покорила Ферганская долина, родина узбекского шелка. Если китайский шёлк всегда считался номером один на рынке, но второе место занимал шёлк узбекский. Город Маргилан в Ферганской долине был огромным центром шелководства. Тутовые деревья росли здесь в изобилии. Мастера из Коканда также славились своими тканями.

Историк моды и коллекционер Александр Васильев пару лет назад тоже посещал Узбекистан, он проехал все известные города, где скупал и халаты, и золотошвейные работы. Он также был в нашем театре и позже целую передачу посвятил узбекскому шёлку, адрасу и атласу. Многие французские кутюрье используют узбекские мотивы, такие фото часто можно встретить на обложках журналов.

Фото: "Эль Мероси"

В Узбекистане есть также свои известные дизайнеры, а есть высокопрофессиональные, искусные мастера, которые настолько скромны, что производят замечательную одежду в маленькой лавочке.

В своём театре вам удалось воссоздать костюмы нескольких царств, которые существовали на месте современного Самарканда. Это костюмы скифов, саков-массагетов, огнепоклонников, персидских и согдийских правителей и знати. Много ли сохранилось источников?

–Источников достаточно много. Восток всегда манил историков, этнографов, архитекторов. Сюда приезжали корифеи науки, собирали историю по крупицам. Это были и местные ученые, и западные, и восточные. Костюмы максимально исторически точно воссозданы по материалам фондов ведущих мировых музеев: Эрмитажа, Миланского музея истории, Британского исторического музея, Королевского института искусств и истории в Брюсселе, Института Востоковедения АН РФ, Академии наук Узбекистана, барельефов и фресок Персеполиса, Афрасиаба т.д.

Период Тимуридов, зенит развития и Самарканда, и Центральной Азии, очень хорошо изучен, существует множество фундаментальных трудов, монографий, музейных фондов. Информации много, но есть ещё белые пятна. Одним из таких и периодов является период существования Кушанской империи. Это крупная династия I тысячелетия нашей эры, которая правила после греков и придерживалась буддизма. Существуют кушанские статуэтки, наскальная и настенная живопись, по которой мы можем судить об одежде, но вот в реконструкции женского кушанского костюма мы испытываем затруднения.

Какая из эпох вас больше всего вдохновляет?

Фото: "Эль Мероси"

Мне очень близка согдийская тема. По первому образованию я филолог-переводчик, по второму – гид-экскурсовод. Эта комбинация меня всегда погружала в какие-то культурологические и исторические глубины. Тема Согда, знаменитые согдийские фрески VI-VII века в музее Афрасиаба, правители, костюмы – во всем этом было что-то близкое. С дизайнером Еленой Ладик у нашего театра есть особый проект, связанный с этой эпохой. Мы решили на сцене оживить знаменитые фрески, через костюм и хореографию передать быт, значимость разных элементов одежды, которые были связаны с философией четырёх стихий. Фрески, где изображён правитель Вархуман, принимающий послов, замечательно сохранили костюмы того времени. Лена создала настоящие произведения искусства. Ее костюмы и мой сценарий превратились в спектакль, который мы назвали «Под покровом небес». Была задействовала зороастрийская мифология, история, философия, хореография и музыка. Птица хумо (птица феникс), которая имеет особое значение для огнепоклонников, стала ключевым образом.

Вы принимаете туристов у себя и ездите с показами в другие страны. Как реагируют люди?

–Интересно, что разным странам приходятся по душе разные эпохи. Кому-то нравится согдийское царство, кто-то интересуется узбекским свадебным обрядом. Когда у нас бывают греческие делегации, они всегда очень живо реагируют на эпизод, посвящённый Александру Македонскому и его жене-бактрийке Роксане. Когда мы показываем китайских и корейских послов с фрески Афрасиаба, то во время танца с веерами, зрители могут аплодировать. В Корее есть традиция отмечать, если цветок из вееров выполнен безупречно. Китайцы, персы, индийцы – каждый чувствует кусочек своей истории. Но когда начинается неистовый хорезмский танец лязги, признанный нематериальным наследием ЮНЕСКО, мужчины и женщины вскакивают со своих мест и тоже начинают приплясывать, хотя для театра это не совсем типично.

В конце представления можно увидеть традиционный свадебный обряд. Создается впечатление, что здесь ткани охватывают буквально все пространство сцены…

Фото: "Эль Мероси"

–В театре создано около двухсот уникальных костюмов разных эпох, но в свадебном блоке их больше всего. Мы показываем приданое, которым обмениваются жених и невеста. По традиции, приданое начинают собираться в сундуках, как только в семье рождается девочка или мальчик. К совершеннолетию количество одежды достигает неимоверных размеров. Вы обратите внимание, что жених на сцене меняет несколько расшитых золотом халатов. Это все действительно приготовлено для одного человека. Новобрачная и в наше время должна на протяжении 40 дней после свадьбы менять наряды, выходить в них. Это будут и головные уборы с перьями, и стразы, и яркие ткани. Девушка переодевается по два — три раза в день. В дальнейшем она уже не будет носить эту одежду, костюмы останутся семейной реликвией.

Поделиться:

Об эксперте Наталья Рудакова

Наталья Рудакова

  • Email

Добавить комментарий